abrod (abrod) wrote,
abrod
abrod

Categories:

Патриотизм и интеллигенция

Как у же говорил, выборы в Думу в 2003 году это один из тех критических моментов в истории, или иначе говоря точка бифуркации, когда определенного хода истории не просматривалось, а разнонаправленные исторические силы уравновешивали друг друга так, что случайность и\или волевое воздействие отдельного человека могло направить исторический поток из положения равновесия в любую сторону. И с моей точки зрения появление и фантастический успех партии Родина было такой случайностью, в результате чего мои скромные усилия оказались частью мощного исторического потока. Значения их я не могу оценить, да и не хочу, но в принципе, по моему, эти события являются хорошим доказательством того, что отговорки типа: "да что от меня зависит, пускай этим занимаются те, у кого деньги и власть" просто скрывают апатию и нежелание отвечать за свою судьбу и судьбу своей страны.

Оговорюсь сразу, что я не видел как Ходорковский закупал оптом КПРФ , да и то, как партию "Родина" создавал Сурков я тоже не видел. И никакой "эксклюзивной" информации у меня нет, но к сожалению мне эти слухи совершенно необходимы для объяснения общеизвестных, в том числе и мне, фактов. Постмодернизм и политкорректность итак превратили восприятие действительности в кашу и если и появятся другие способы рационально объяснить происходящее, которые, тем не менее, не будут привлекать аистов в качестве акушеров, то я удовольствием использую именно их для описания исторического контекста, а не эти глупые слухи, которые мальчишки рассказывают друг другу в школьном туалете. А пока я очень извиняюсь за распространение непроверенной информации и прошу считать это моим оценочным мнением.
Тем не менее напомню, что в 2003 году ВВП и Россия находились в очень неустойчивом положении. Борис Николаевич Ельцин объявил Владимира Владимировича Путина своим наследником в 1998 году, а в 1999 году назначил его премьер-министром. После чего цены на нефть сразу поползли вверх и началась крупная войсковая операция против чеченских боевиков-ваххабитов, значительная часть которых была арабскими наемниками. Если учесть, что до этого чеченские боевики нанесли несколько крупных поражений российской армии и казались непобедимыми деморализованному населению России, весьма серьезные аналитические центры составили дорожную карту распада Российской Федерации. Разгром чеченских боевиков привел к серьезному осложнению отношений с США, незадолго до этого разгромивших сербскую армии, проводившую аналогичную операцию против косовских албанцев-ваххабитов. Дело дошло до напоминаний Билу Клинтону о наличии у России ядерной триады, которые к тому же Ельцин озвучил в Пекине, сидя рядом с китайским премьером. Победа над чеченскими боевиками принесла "относительную победу" Путинской партии "Единство" над Лужковско-Примаковской "Отечество - вся Россия", в которой решающую роль сыграл Свифтовский талант Доренко на принадлежащем Березовскому канале ОРТ. Но на самом деле больше всех голосов на выборах 1999 года набрала КПРФ, и законодательная власть в России определялась голосовательными блоками, в создании которых рещающую роль сыграла СПС с Хакамадой и снятие с выборов ЛДПР, наличие которой в Думе означало большие трудности в создании этих блоков и делало КПРФ королем горы. Все это время ВВП был назначенным Ельциным и.о. Президента, и особую пикантность положению придавало то, что третьим в Лужковско-Примаковском "Отечестве" был мэр СПб Яковлев, незадолго до этих событий отдавший приказ разобраться с ВВПутиным, когда тот спас от него первого мэра Ленинграда Собчака. Выиграл выборы Президента в 2000 году ВВП чудом при активной помощи вышеупомянутого ОРТ, причем КПРФ отрицало результаты этих выборов и очень многое определялось отношением к ним в Думе.
Став избранным Президентом ВВПутин почуствовал историческую ответственность за судьбу России и очевидно отказался благодарить ОР, когда эта благодарность могла пойти во вред ввереному его попечению государству. Эта "неблагодарность" тоже не сделало положение в России более стабильным и пока Единство не объединилось с Отечеством, очевидно на основе какого-то соглашения, все висело на волоске. Не представляет сомнений, что это соглашение гарантировало Москве невероятное процветание и статус государства в государстве, а Лужкову с Примаковым и примкнувшему к ним Шаймиеву влиятельность в новой партии.
Это весьма уязвимое положение Путина в рамках системы, не без оснований обзываемой феодальной, подверглось очень серьезной проверке уже через 3 месяца после инаугурации, когда Российский атомный подводный крейсер "Курск" утонул. Я уж не знаю, что там случилось с "Курском", но то, что 12 августа 2000 года ему доложили, что Курск был атакован американскими АПЛ "Мемфис" и "Толедо", у меня не вызывает никаких сомнений. Так что ВВП начал свое Президентство с того, что сидел «несколько дней на пляжу в Сочи» с пальцем на красной кнопке и на полном серьезе обдумывал свою ответственность за судьбу всего человечества. И то что он не свихнулся и разрулил эту ситуацию так, что Россия в общем вышла из нее сильнее чем была, да и США с городом Нью-Йорк в общем продолжали существовать, лично у меня вызывает чувство глубочайшего удовлетворения, переходящего в восхищения. И я думаю, что всем политикам в мире следует учитывать, что в России Президент уже один раз сам для себя принял решение, когда и как он нажмет эту кнопку.

Дальше были выборы в США, Президент Буш посмотрел в глаза Путина, увидел там душу, а не только красную кнопку, и русофобам пришлось отложить свою дорожную карту на неопределенное время. Россия получила передышку на внешнем фронте и возможность привести себя в порядок с морально-политической точки зрения. А ВВП укрепить свое положение на внутреннем. И первым пунктом в этоих процедурах несомненно должны были стать Думские выборы 2003 года. Вот только ясно было, что эта передышка будет весьма относительной - достаточно вспомнить теракты, - и не слишком долгой . Особенно если вспомнить, что не все рисовальщики дорожных карт примирились с крахом своих планов и бизнес-планов. Правда теперь им пришлось бороться не только с ВВП но и c GWB, но они не испугались такой коалиции и, оглядевшись, пришли к выводу, что самое главное это лишить ВВП народной любви и законсервировать состояние бардака, парализовав работу Парламента. ВВП, на которого после расправы с Березовским и Гусинским многие люди стали навешивать свои надежды если не на восстановление социалистической экономики, то во всяком случае на усиление принципов социального государства. ВВП очевидно какое-то время думал, что делать, но решил все таки закреплять результаты приватизации, корректируя ее очевидные уродства в индивидуальном порядке. Очевидно он просто не понимал, что таким образом он оказывается источником легитимной собственности, то есть начинает воспроизводить имперскую и даже монархическую структуру организации общества со всеми вытекающими из этого достоинствами и недостатками. Зато это очень хорошо поняли его недруги и стали активно раскручивать союз Юкоса с партией победившего пролетариата.
В том то и дело, что борьба между политическими и общественными системами вторична, и для того, чтобы завалить собрата по капитализму коммунизм - прекрасное оружие. Тем более, что в то время коммунистическая партия была самой популярной политической силой и достаточно большое количество людей считали происходящее неким извращением нормального развития и жили в ожидании чудодейственного восстановления советской власти, причем в ее сталинской модификации. Как я уже говорил, Путин вначале стал символом построения социального государства, но связано это было не с его политикой, а с тем что это традиционные представления русского народа о сильном царе, который расправляется с боярами-беспредельщиками, причем особенностью России того времени было то, что обнищавший советский народ воспринимал как бояр тех людей, которые в абсолютных цифрах на Западе считаются средним классом. Россия начала делится на 2 лагеря:
глобиков, то есть тех, кто научился зарабатывать в глобальной экономике, получать зарплаты сравнимые с западными в сфере с западных услуг
и совков, то есть тех, кто продолжал работать в сфере материального производства в российской экономике, во многом оставшейся советской.
К глобикам примыкали всевозможные гуманитарии, которых олигархия посчитала нужным подкормить, в порядке признания значимости четвертой власти, и они все вместе из чистого снобизма ходили в западные универсамы, при этом жалуясь на их дороговизну. А совки, получающие относительно маленькие, хоть и растущие зарплаты, отоваривались в лавочках, где цены были в два раза меньше цен в универсамах для глобиков и прочего среднего класса.
Особенностью тех лет было то, что совки были полны социального оптимизма, связанного с оздоровительным эффектом дефолта, вызвавшего восстановление промышленности и положительную динамику их реальных доходов. Между тем глобики, переняв худшие черты буржуазии, которые она в отличие от них скрывала за массивными дверями закрытых клубов и прочих лож, начали откровенно хамить совкам, пропагандируя теории социального дарвинизма, переходящего в социальный фашизм и лебернацизм. В политической тусовке глобиков озвучивала СПС, а совков КПРФ, но чем дальше, тем больше становилась ясна неадекватность и неустойчивость этой схемы. Новым политическим фактором, начавшим размывать это распределение, стала Православная Церковь, как источник морального отношения к жизни. То, как Церковь или вернее Православие стало мощнейшим политическим фактором, причем зачастую вопреки желанию иерархии, еще не забывшей чем эта вовлеченность в политику обернулась в 1917 году, требует написания отдельной статьи. Поэтому, за недостатком времени и места, я просто опишу это на конкретном, примере - то как она вмешалась в мою судьбу, поскольку эта история прекрасно иллюстрирует объективную ситуацию.
Все началось с того, что я изобрел прекрасную технологию сканирования и размещения в Интернете книг. Насколько я помню, сразу после дефолта себестоимость у меня составляла в порядка 1 рубля\страница, включая зарплаты и плату за помещение. И я приехал в Россию, желая продать эту технологию, имея предварительную заявку на патент и в качестве доказательства миллион просканированных страниц уникальных книг по христианству.. Естественно, эту технологию никто покупать не стал, хотя в большинстве мест ко мне отнеслись очень доброжелательно. А кое где пересылали наверх по инстанции, несмотря на то, что все эти учреждения тогда сканировали книги по своей технологии за 25 рэ\стр и докладывали наверх себестоимость 10 рэ\стр минимум. Но главное даже не в том, что я им портил малину, (как раз не портил), а в том, что в то время начиналось целенаправленное уничтожение русской-советской культуры – то есть субъекта, представляющего спрос на рынке электронных библиотек.
Разобравшись в ситуации я решил заняться политической деятельностью с целью реанимации и защиты этого субъекта. У меня даже целый план возник сканирования всех книг Ленинки и создания в ней центрального сервера с пунктами доступа в районных библиотеках, с последующей перспективой превращения их в ячейки некой партии интеллигенции с целью последующего восстановления государства Российского как великой культурной державы. Я помню даже, как в одной библиотеке мне разрешили речь произнести собранию читателей о перспективах Всемирной Библиотеки (PSWWL – Prime Source World Wide Library), так я вошел в такой раж и такую картину галактических масштабов нарисовал, вполне в духе Азимовского «Фонда», что политическую партию можно было создавать, не отходя от кассы, и я своих слушателей (человек 200) с трудом отговорил от немедленного штурма то ли министерства культуры, то ли Моссовета. Кончилось дело тем, что некая ячейка таки создалась и нам в 2003 году даже удалось вручить соответствующие письма прямо в руки Лоре Буш и Людмиле Путиной на фестивале школьных библиотек «Библиобраз». Трагикомическа история этого вручения, когда моего приятеля Саватееича, замполита дивизии в отставке, чуть не пристрелила охрана, но потом спасла Лора Буш, история которая закончилась распитием из граненых стаканов бутылки настоящего Киндзмараули с директором библиотеки Конгресса США Джеймсом Биллингтоном, уже рвется на страницы моего жж. Но пока тсссс…

Дело в том, что между речугой в районной библиотеке и свиданием с президентскими женами, я сумел пробиться к ближайшему помощнику Глеба Павловского и доложить ему свой план, причем достаточно развернутый и проработанный. Почетное место в этом плане занимало обоснование законности такого сервера и его допустимость с точки зрения Женевской конвенции по авторскому праву 1973 года. В нем, в свете поползновений Кондолизы Райс распространить на весь мир законы США об авторском и библиотечном праве, репрессивная сила которых построена на умолчаниях и произвольности трактовок, рекомендовалось принятие специального закона РФ, эксплицитно разрешающий доступ к серверу PSWWL (предположительно Ленинской библиотеки) с компьютеров районных библиотек, лишенных возможности сохранять информацию на внешних носителях. В результате через пару лет эта часть моего доклада по неизвестным мне причинам слово в слово, с точностью до знаков препинания превратилась в статью 19.2 закона РФ об авторском праве от 20.07.2004:
Допускается без согласия автора и без выплаты авторского вознаграждения предоставление во временное безвозмездное пользование библиотеками экземпляров произведений, введенных в гражданский оборот законным путем. При этом экземпляры произведений, выраженных в цифровой форме, в том числе экземпляры произведений, предоставляемых в порядке взаимного использования библиотечных ресурсов, могут предоставляться во временное безвозмездное пользование только в помещениях библиотек при условии исключения возможности создать копии этих произведений в цифровой форме.

Но, как я уже отмечал в своих статьях о «единой теории поля», невозможно оторвать идею от ее автора, и когда предположительно люди Глеба Павловского (предположительно потому, что я этот доклад еще в одно место отправил, но туда все ухнуло с концами, как в колодец) пробившие через Думу мой закон, но не знавшие ничего ни о Кондолизе Райс – провосте США по библиотечному праву, ни о предназначении библиотечной партии, а-ля Азимовский «Фонд», укрепить культурное единство российского народа, оказались в положении героя Марка Твена, колющего орехи большой королевской печатью. Как видите, ни партии интеллигенции, ни всемирной библиотеки в России не наблюдается, а уж о пунктах доступа к серверу Ленинки в самых удаленных районных библиотеках России, средством осуществления которого должна была стать эта статья закона, речь просто не идет. Кстати обратите внимание, распечатывать материалы сервера закон не запрещает. Это было сформулировано с учетом того, что в американских библиотеках стоят копиры, то есть те же принтеры, и придраться к этому невозможно. Я даже провел техническое и экономическое обоснование использования для этого старых игольчатых и очень дешевых принтеров, практически снимающего все ограничения, в том числе экономические на доступ к информации на территории РФ. Кстати такая возможность существует до сих пор, но нет пророка в своем отечестве. А куда ушли деньги, выделенные на «Электронную Россию» нам, возможно, еще предстоит узнать.

Почему же я прервал столь перспективное сотрудничество?
Именно в этом раскрывается фактор влияния Церкви на политику. В том то и дело, что в начале нулевых политтехнологи и в страшном сне не могли представить, что церковный народ, не сговариваясь , зачастую вопреки воле контролируемых политиками иерархов, начнет действовать в соответствии со своими убеждениями. Что опровергает всю политтехнологическую доктрину 90-х, согласно которой народ это чистый лист бумаги, который без воли начальства и шагу ступить не может и на котором власть может писать что захочет. Дело в том, что Глеб Олегович тогда, в связи с Суздальскими раскольниками и не без помощи Василия (Григория) Лурье, решил, что в России должно быть две православные церкви, чтобы государство могло разыгрывать одну против другой. И я, прочитав соответствующую статью в газете, решил, что с таким человеком сотрудничать нельзя. Душевредное занятие. И ушел, порвав все контакты. Вернее улетел в США зарабатывать деньги, совершенствовать технику сканирования, (вернее фотографирования), доделывать единую теорию поля и на основе своей библиотеки под научным руководством М.И.Гельвановского писать диссертацию по религиозно-социальным исследования о Византийском искусстве, предстоящей войне с Грузией и связанным с ней экономическом кризисе. Вот так библиотека не была создана.

Вернулся я через полгода и сразу попал не только на встречу с Биллингтоном, но и в самый эпицентр избирательной кампании в Государственную Думу 2003 года. Мой научный руководитель оказался ближайшим советником Сергея Юрьевича Глазьева, а те люди, которые проявили интерес к моей христианской библиотеке, оказались связанными Церковной интеллигенцией в городе Королев, в городе Долгопрудный и в Университетском округе г. Москвы. Как вы сами понимаете, технической интеллигенцией. И когда я им сказал, что я связан с Сергеем Юрьевичем, это вызвало у них неподдельный энтузиазм. Выяснилось, что они воспринимают Глазьева как своего кандидата.
Пикантность ситуации придавало то, что блок "Родина" по непрверенным слуухам создало сурковское управление внутренней политики, с тем, чтобы он отожрал голоса у второй по силе партии КПРФ, значительная часть которой была оптом закуплена Ходорковским. Забегая вперед, скажу, что вместо этого "Родина" забрала голоса у СПС, что навеки поменяло политику на всем постсоветском пространстве. Эти парадоксальные результаты произвели на всех настолько сильное впечатление, что психологически шок от победы "Родины" до сих пор продолжает определять политику в России, и не только в России.
С другой стороны, имея доступ к социологическим опросам института Философии РАН, который сидел почему-то на даче Сталина в Кунцево, я узнал, что мои Церковно-библиотечные знакомые почему-то относятся к потенциальным избирателям СПС. Я немедленно сделал соответствующие выводы и создал целую теорию об изменении геополитической ориентации российской интеллигенции, которая, глубоко, искренне и грамотно восприняв евангельскую весть, перестала быть коммунистической, но, поняв, что конверсия оборонной промышленности и соперничество их талантов с планами западных фирм в России не сулит им ничего хорошего, стала весьма патриотичной и левой. Кроме того, в отличии от гуманитариев, они были не слишком склонны впадать в Рогозинский национализм. И вообще, если честно, Рогозин хорошо смотрится в ящике, а живьем - что-то я не заметил, чтобы он производил сильное впечатление как оратор. Тем более, что он, конечно, сильно поднаторел в НАТАх, но тогда-то у него этого лоску не было. Да и в Долгопрудном и в Королеве совсем не все так уж любили его отца. Знаете, на такой работе всем не угодишь, а Королевым он не был точно. Тем более, что значительная часть этой интеллигенции была .лимита с Кавказа. Осетины и армяне с грузинами имели место быть.

В Университетском же округе в общем та-же картина, только вместо осетин и армян были рязанцы и владимирцы – тоже лица не московской национальности. Нет, москвичи, конечно были, и их даже было абсолютное большинство, но они, в силу двусмысленности своего положения, после короткого периода колебаний потянулись за вышеупомянутыми лидерами, которые со своими электоральными пристрастиями определились довольно быстро и весьма решительно. Я конечно не стал свою геополитическую теорию излагать, хотя интеллигенция со времен Станкевича и Герцена считается опорой российского либерализма и ее переориентация на патриотизм - это событие не только геополитическое, но и эпохальное. Но, не освободившись еще от своих Азимовских фантазий, я сформулировал рад лозунгов, которые впоследствии получили название «социально-консервативный синтез», и они, в совокупности с описанием настроений электората в вышеупомянутых населенных пунктах, были доложены различным активистам партии «Родина». Я уж не знаю какую роль они сыграли, но парадоксальные 4 процента сверх расчетов, которые никто не ожидал, Глазьев и Партия Родина набрали именно там -: в Университетском округе, в Королеве и в Долгопрудном. Особенный шок вызвали результаты выборов в Университетском районе, который СПС считала своей вотчиной. Я на следующий день съездил позлорадствовать к своим приятелям-самурайкам и, несмотря на то, что все было очевидно, был поражен их шоком от результатов выборов именно в Университетском избирательном округе. Они просто не могли понять произошедшее, причем предательство ближнего Юго-Запада Москвы по моему их потрясло не меньше самого факта пролета на выбора

С тех пор Вы знаете, что произошло. СПС, собрав у себя всех тимуровцев, гайдаровцев и просто мальчищей-плохищей, из главной политической силы превратилась в сборище маргиналов и так не смогла пройти в думу, что радикально поменяло политический ландшафт. Владимир Владимирович в конце концов сообразил это, и сделал своим спецпредставителем Рюриковича с Уралвагонзавода, посмевшего согласится на эту должность не имея другого образования, кроме технического, К возмущению демократических элоев, ВВП усугубил свою вину, вспомнив о несправедливостях приватизации и даже заговорил о каких-то компенсациях инженеришкам и прочей черной кости. А главной движущей силой консервативности и осовременивания (модернизации?) Церкви стала техническая интеллигенция. Тем более обидно слышать всяких деятелей, провозглашающих крестовый поход против интеллигенции и тем самым спускающих все надежды, на ее участие в осовременивании России в унитаз.
Компьютерная библиотека в России так и не была создана , впрочем она в качества фантома очевидно создала у Биллингтона опасения захвата русскими рынка цифровых библиотек, чем не мало способствовала не только дополнительному финансированию библиотеки, но созданию системы гугльбукс.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments